Патнем-бич и его жители

Начитанные люди знают «из какого сора растут стихи, не ведая стыда», а из каких пустяков вырастает любовь? И как набирает великую силу, что неподвластна Хроносу?

Здесь пальмы и море, жар солнца и песок. Я встаю рано. В открытое окно сквозь москитную сетку врывается птичий гам. На ветках сидят и громко выясняют отношения краснощёкие бюльбюли. Хочешь верь – хочешь не верь, птички так называются!

Выхожу на террасу. Мраморный пол стрелой пересекает ящерица. Выбежав из тени на свет, она внезапно останавливается, чтобы погреться на солнце. Видно, как бьется пульс на горлышке, хвост изогнулся и лёг на полированный камень тонким полукольцом.

patnem-bich_1

Иду в душ. Однако водные процедуры прерывает появление в углу санузла из отверстия для стока тропического таракана. Шестисантиметровое чудовище нагло смотрит на меня карими глазами. Водяной струёй из душа и уговорами я попыталась загнать коричневого монстра обратно. Но таракан не лыком шит и на призывы сдаться и суровые взгляды не обращает внимания и лишь, двигаясь короткими перебежками, шевелит усами. Завязалась у нас битва. Бой закончился пленением гиганта в полотенце и…

М-да, ведь роль палача мне явно не годится – мне не выдержать звуковое сопровождение казни мучительным хрустом под тапком и явления тараканища в ночных кошмарах я не хочу.

patnem-bich_2

В окно его – на волю! Может его ворона проглотит!

Завариваю крепкий кофе, что бы успокоится. Расчёсываю влажные волосы, одеваюсь и иду на работу. В лёгком платьице шлёпаю по тёплой пыльной дорожке вьетнамками и, никуда не опаздывая и не торопясь, иду на ПЛЯЖ!

Потому, что я теперь работаю поваром в ресторане русской кухни в Гоа!

Выйдя из дверей мраморной виллы, посмотрев на макушки кокосовых пальм, я  задумываюсь, решая какой же дорогой пойти… Длинной или короткой?

Короткой – напрямик через заброшенное рисовое поле, идти минут двенадцать, а длинной – по единственной улице мимо ресторанов-конкурентов и  лавочек, где годами сидят одни и те же торговцы, ожидая счастливый случай: вдруг появятся богатые туристы и скупят сувениры подряд. В послеполуденную жару торговцы крепко спят под прилавками. Не сходя с рабочего места.

 patnem-bich_3

Главная улица немного длиннее. Но знакомые сидельцы, если не все, то через одного, приглашают меня зайти к себе. Хорошо, когда клиент, заходит в лавку,  располагается на подушках, услужливо предложенных ему, и, попивая жёлтый, прозрачный, кашмирского чаю, не спеша, смотрит новые камни, а продавцы со свежей газеткой в руках, желают обсудить, что опять случилось на границе с Пакистаном… Они живо интересуются, дают ли клиенты мне хорошие чаевые, присылает ли письма сын. Можно пошутить, поторговаться, всласть насмотреться на ткани и украшения. Пока я дойду до работы, пройдёт час-полтора, но здесь никто не торопится, и я в любом случае появлюсь вовремя.

Один из новых знакомых дал мне прозвище «радио Би Би  Си».

– Не пойму как у тебя получается. Беседу с тобой никак не назовёшь английским языком, но почему-то ты знаешь, что у нас происходит, – удивляется кашмирец Алтаф.

Ну, наконец то, дошла до рабочего места, надо осмотреться и если за столиками  заседают наши люди, то мгновенно включаюсь в процесс обслуживания гостей. Русские отдыхающие быстро утомляются индийской и даже гоанской кухней, скучают по знакомому с детства вкусу. Им нужна окрошка и винегрет. А если затишье, то ещё успею сделать себе салат и искупаться в океане.

Если бы жадный до богатств и почестей Васко да Гама знал, когда открыл путь в Индию для жестоких колонизаторов-португальцев, что Гоа станет приютом для тысяч русских туристов и для меня!

А  как же это получилось? Обычно – случайно.

Жила-была в Москве Варвара. Девушка молодая, красивая работала в школе учительницей английского языка, вышла замуж, родила сына. Однажды утром муж проснулся и, видно, встал не с той ноги. Его  вдруг осенило, что любовь то к жене прошла. Семья у Варвары по московским меркам большая: папа, мама, бабушка, младший брат и маленький сын. Они любимицу во время развода поддержали. Сидели с двухлетним Вариным сыном пока она, пыталась прийти в себя; ходила по клубам, танцевала и развлекалась. Ездила по семинарам – восстанавливала душевный покой: училась  оздоровительным практикам. Тогда я с ней и познакомилась. Оказалось, что живёт Варечка на соседней улице. Стали  общаться  и не раз ездили вместе танцевать под этническую музыку в ночной клуб Ротонда. Год-два я наблюдала, как Варя безмятежной бабочкой порхала от одного молодого человека к другому, легко вступая в контакт и завязывая необременительные отношения. Нет, не подумайте дурного, Варю выручала крепкая нервная система и потрясающая доброжелательность, потому что и юнцы и взрослые мужчины не очень-то спешили вступать в брачный союз с молоденькой красавицей, обременённой наличием сына и отсутствием  отдельной квартиры.

Со стороны мне иногда казалось, что милую девушку используют. Годы идут, а серьёзных отношений, мужской заботы на её жизненном горизонте  не видно.

Когда я вернулась из Индии, то говорила, сидя на кухне, зашедшей ко мне в гости подружке, – Варя, ну, что ты всё в Москве сидишь? Езжай в Индию, это я английский плохо знаю, а ты легко найдёшь работу и выйдешь замуж за какого-нибудь интересного англичанина или итальянца. Тебе же и тридцати нет. Зачем бесконечные временные отношения?

Вежливая Варечка со мной не спорила, но искренне недоумевала. Девушка в мыслях рассуждала, казалось бы, разумно: «Мне и дома хорошо. Родители меня любят, сыну уже четыре года, обожаемый младший брат… поклонники каждый день названивают, к себе приглашают … На частных уроках могу легко подработать,  если деньги нужны. Нет, не поеду».

Не тут то было. От судьбы не уйдёшь.

Однажды  приятельница уговорила Варвару съездить летом в Тибет и совершить двухдневный пеший обход вокруг знаменитой горы Кайлаш, обители великого йогина и аскета Шивы. Где Махайогин проводит не одну вечность, пребывая в состоянии глубокой медитации, поддерживающей существование  Вселенной.

После паломничества, отдыхая на обратном пути в Непале, Варя решила задержаться и отдохнуть в Гималаях, а что? Виза на три месяца, до первого сентября далеко, сын в Москве хорошо обихожен любящими бабушками.

Варечка познакомилась с весёлыми людьми, решавшими открыть  ресторан на юге Гоа. Русским парнем Вовой по прозвищу Сундар (красивый на хинди) и его японской девушкой Нетти. Для успеха предприятия им не хватало, всего ничего:  людей, способных хорошо работать.

Вернувшись в Москву Варвара думала только о развернувшихся  перспективах. Однако кулинарным искусством в её доме занимались бабушка и мама. На поварском поприще девушка чувствовала себя не уверенно. Она решила посоветоваться со мной и сейчас сидела с будущим компаньоном у меня на кухне – слушала, как лучше закупаться необходимым для ресторана оборудованием в Дели и приглашала  поучаствовать в общей перспективной затее. Сундар выглядел странно. «Утончённый» блондин с томным взором в пёстрой гоанской одежде. Желанья вкладывать средства в затею незнакомого Сундара  не было. Но провести осень, зиму, пожить на пляже заманчиво, ведь я давно знаю, как можно устать, странствуя по бесконечным дорогам, и как хочется найти «райский уголок и обитель покоя» и пожить, в своё удовольствие. Простое желание –  очередная иллюзия и система бегства. Нельзя получить «удовольствие» там, где нет людей подходящих, хотя бы по менталитету, там, где нет поглощающей тебя целиком творческой работы, или… любви.

Однако место повара в ресторане привлекало и выторговав у Сундара зарплату – труд надо уважать –  я стала собираться в дорогу. А Варвара решила рискнуть и вложила всё, что имела на ещё несуществующее дело.

Когда я приехала на юг Гоа, ресторан ещё не открылся. Много времени у хозяев-компаньонов уходило на договорённости между собой во время строительства. Каждый из них хотел как лучше, видел устройство и украшение помещения по-своему. Ребята тянули  в разные стороны искренне, ни на секунду не задумываясь о последствиях для общего дела. Лебедь, рак и щука… Постойте, а я же не сказала, что компаньонов на месте неожиданно для меня оказалось уже не трое, а четверо.

И тут на сцене появляется – Чандан.

Как только я его вспоминаю, сначала в памяти возникает его великолепная тёплая улыбка. Улыбка и мой непальский друг едины – как серп и молот, как джин и тоник, как Ромео и Джульета и… тому подобное. Когда Чандан выходит из комнаты, кажется, что улыбка ещё долго висит в воздухе. Как улыбка Чеширского кота.

Он появился на свет в феодальной семье состоятельных непальских землевладельцев. БРАМИН – высшая каста – индуист с правом проведения ритуалов. В Непале «время перемен», в которое не дай Бог родиться. К власти приходят ставленники Китая – маоисты. И Чандан лишился и родового поместья, и счёта в банке. Потерял друзей, с которыми вырос.

Сколько скандалов в детстве он закатил родителям, чтобы ровесника, мальчика-слугу, с которым Чандан играл вместе, сколько себя помнил, отправили с ним в частную школу учиться. Он отказался ходить в школу, пока его родители не оплатили учёбу слуге.

Ныне друг детства, успешный дипломированный доктор живёт в благополучной Америке и часто вспоминает Чандана добрым словом.

В семье Чандана было принято давать старшему сыну элитное военное образование. Одно время Чандан служил в армии. Размеренная жизнь осталась в прошлом. Он успешно перепробовал множество занятий. Однажды ему показалось, что хотя он хорошо знает, как добиться успеха в материальном мире, но душевного покоя и прежнего, как в детстве, счастья ничто не приносит. Психологи называют такое состояние кризисом, и русские мужчины обычно уходят в запой. А бывший помещик и офицер отринул успешную жизнь, бросил налаженный бизнес. Раздав деньги и  имущество, он стал монахом и в двадцать восемь лет отправился странствовать по Индии как классический бездомный саньяси. И даже имел специальный документ, заменяющий паспорт для странствующих садху. Так власти пытаются проследить за неконтролируемым перемещением  сотен и тысяч монахов, чтобы среди них не прятались беглые преступники…

Но, потеряв материальные ценности, в рваной одежде, на пыльных дорогах спокойствия не нашёл, поэтому, через два года странствий, снова начал с нуля и окончательно осел в Индии… У Чандана получалось организовать рентабельный бизнес: кафе, работающие в туристический сезон на пляжах в Гоа. Организационными вопросами нового ресторана занимался именно он, потому что хорошо знал, кого и как одарить бакшишем.

Много раз ему предлагали вступить в брак девушки из хороших индийских и непальских семей, преследуя меркантильные или… другие цели, но Чандан не хотел быть игрушкой в чужих руках, пусть даже и женских. Папа, как мужчина его понимал и не давил на сына, а мама уговаривала, как могла, но строптивый сын не поддавался.

В предвкушении событий, которые обязательно должны были принести изменения в его жизни, Чандан и затеял новое дело с приятными людьми из разных стран. Глубоко в душе Чандан знал, что мужская творческая энергия может воплотиться только вместе со своей ШАКТИ – женской материальной энергией. Он терпеливо ждал встречи с необыкновенной девушкой. Только в её присутствии он обретёт единство и душевный покой.

Шакти – энергия всего, что существует. Шакти проявляет себя в различных формах. Каждая молекула во Вселенной содержит Шакти. Индийские божества неразделимы со своими Шакти – жёнами. У Брахмы – Сарасвати, богиня мудрости и красноречия, покровительница искусств и наук. У Вишну – Лакшми, богиня счастья и процветания, идеал безукоризненной хозяйки. У Шивы – несравненная йогиня Парвати. Ибо без своей Шакти они ничто, теряют своё существование. Творить не могут. Почитать Шакти – признать её священность.

Вскоре в уединённую бухту Патнем-бич из Дели приехала Варя нагруженная невообразимым количеством багажа, с посудой, кальянами, и даже дорогим кинопроектором для ресторана. Каждый день, во время общих посиделок, часами Чандан не сводил с неё влюблённых глаз, но, девушка, привыкшая к бесцеремонному напору русских мужчин, а не к робким и нежным взглядам ничего не замечала до тех пор, пока монтажник-кровельщик Антон, помогавший собирать интернациональный ресторан, не сказал ей прямо о страстной влюблённости Чандана.

– Ты, что не видишь, он же глаз с тебя не сводит!

Как-то вечером, четверо хозяев разговорились не на производственные темы, а о любви. Нетти произнесла патетическую речь на плохом английском о полном подчинении и верности возлюбленному. Дочь богатого самурая рабски обожала Сундара-Вову. Высокий и худой, белокурый русский, казался ей идеальным воплощением подростковых грёз о сказочных эльфах. Познакомившись в ашраме Ошо с Сундаром, страстная японка два года мечтала о нём и была готова вложить любую сумму в дело лишь бы не расставаться с любимым. Вова благосклонно принимал преклонения перед  собой и, конечно, поддержал её речь.

Уяснив мнения присутствующих по поводу верной и преданной любви, Варя, когда до неё дошла очередь, приподняла бровь, небрежно махнула изящной ручкой с высокохудожественным маникюром: «Ничего не могу сказать про верность, – не удержалась и прибавила для красного словца: «У меня быть верной надолго не получается».

«Боже, – подумал Чандан,- как же не повезло, ей, красивой девушке, рядом с ней никогда не было достойных мужчин и она вынуждена быть легкомысленной. Я докажу ей, что можно жить по-другому».

И… доказал.

Когда я добралась через Дели поездом до юга Гоа, у поделившихся пара на пару, компаньонов был медовый месяц, что не способствовало сообразительности и трудовой активности по поводу открытия ресторана. Бесконечно обсуждалось меню, название, реклама на растяжках, которую, как художник хотела нарисовать я. На очередном затянувшимся собрании я предложила бредовый вариант наружной рекламы. Его и утвердили за неимением лучшего.

В день открытия над крышей ресторана, собранного русским монтажником и непальской бригадой из бамбуковых стволов, в небе колыхалось на ветру с океана, полотняное полотнище. На белом фоне голубой краской нашими буквами было написано «СЛАВА БОГУ, МЫ ОТКРЫЛИСЬ!»

У русской девушки ставшей первой постоянной клиенткой ресторана «Оазис», в день, когда она наткнулась глазами на мою наглядную агитацию, случилось кратковременное помутнение рассудка. А что вы хотите, прочитать такое в Индии, на пляже среди бела дня!

Был праздник в честь открытия, много музыки и файершоу: две русские танцовщицы крутили керосиновые пои, жонглируя огнём, на фоне темного неба и океана перед толпой гостей.

Работа пошла, и дни потянулись чередой. Медленно и спокойно.

В ресторане прижилась чудесная собака, по имени Стони. Среднего размера пляжный пёс. Они выглядят одинаково – короткая шерсть цвета песка. Приходят ниоткуда, уходят никуда. Сами выбирают временных хозяев и делят территории.

patnem-bich_4

Он обожал Чандана. Чуял за километр и бежал навстречу. Провожал к автобусу, если хозяин ехал по делам в городок Конакону.

Непременно в прежней жизни Стони был мудрым философом практикующим медитацию, но он, наверно, проштрафился перед богами. Бывает. Апсара соблазнила, согрешил, растерял аскетические заслуги и стал, переродившись после смерти бездомным кобелём. Апсары обладают неописуемой красою и сексуальной привлекательностью. Божественные танцовщицы легко отвлекали от медитации знаменитых индийских видящих мудрецов – РИШИ. Одним движением роскошного бедра искусительницы лишали отшельников и йогов покоя и ума-разума согласно проискам верховных богов, которые сами подсовывали апсар святым да аскетам, чтобы те слишком далеко от земли не отрывались.

Однако рожденная  в собачьем теле джива, сохранила привычки предыдущего тела. Деликатность и тактичность Стони, про обычную собачью понятливость я  и не говорю, превосходила разумные пределы.

Я придумала, что для поддержания несказанной  красы, мне надо каждый день бегать. Недалеко, метров сто по пляжу и обратно. Люди на жаре уже с утра ленились, и никто не хотел ставить мне компанию, а жёлтый пес, чем бы не занимался, мгновенно оказывался рядом. Стони, конечно, меня обгонял. Как настоящий джентльмен, не желая обидеть, пёс делал вид, что вовсе не бегал со мною наперегонки, а так «случайно шёл в эту сторону». Я пыталась разгоняться незаметно, но ни разу не смогла застигнуть его врасплох. Сначала Стони тихонько трусил за мною. Добравшись по рыхлому песку до кромки прибоя, уже на влажном твёрдом грунте я прибавляла темп и набирала скорость. Мы мчались в сторону камней, выступавших из воды на южной оконечности бухты. Как бы я не старалась, когда, запыхавшись, добегала до мокрых скал, покрытых острыми вросшими в камень ракушками, крабами и зелёными водорослями, вокруг которых, танцевала морская пена и с шумом разбивались волны, пёс был уже там.

patnem-bich_5

«А что, я тут так, на крабов охочусь», казалось, говорила его жёлтая морда, а пасть будто бы улыбалась всеми клыками.

patnem-bich_6

«Эта собака умней, чем человек!»- часто говорил Чандан, когда мы видели недвижно застывшего Стони, устремлённого внимательными, тёмными глазами в несуществующую точку на горизонте. Морская гладь сверкала как зеркало. Не было, корабля или рыбацких лодок, проплывающих вдоль берега. И ежедневный гость в бухте – весёлый дельфин не обходил сейчас дозором свои владения в поисках косяка макрели. А Стони стоял по часу, как живая статуя, каждый день молча и недвижно, целиком сосредоточившись на общении невидимом для нас.

Может быть, перед ним вставал беспощадный, угрюмый Васко да Гама в бархатном берете, со знаменем, на котором алел большой крест ордена Христа…

Дни походили друг на друга как близнецы. Солнечно  и безмятежно.

Каждый день океан: необъятный, несравнимый, колыхающийся, будто шумно дышащий, живой и тревожный. На его берегах жили многие народы, от иных не сохранилось даже имён. Возвышались и рушились царства, приходили и уходили поколения чужаков, утекали как песок меж пальцев, изменялся вид его берегов, а океан оставался таким же, каким его увидел первый кормчий первого корабля много тысяч лет тому назад.

Иногда прилив был таким сильным, что океан заходил в ресторан  и волны тянулись к ногам посетителей и ножкам плетеных стульев. Морские звёзды, выброшенные далеко на берег волной старательно закапывались в мокрый песок, а крошечные раки-отшельники упорно тащили пёстрые домики-раковины к воде.

patnem-bich_7

Я квасила капусту и солила огурцы. В огромной кастрюле настаивался квас. Закваску привозили гости из Москвы. Учила ребят, работников кухни из Непала, как приготовить творог и жарить сырники. Блины они умели
печь лучше меня. Я выучила сотни английских слов, необходимых на кухне, а парни легко запомнили и могли сказать без акцента «скотина и зараза», так я ругалась, когда, обжигаясь, спешила угодить капризным  клиентам. Но объяснить смысл загадочных слов не получалось. «Русская мантра» решили стаф-работники.

 patnem-bich_8

Однажды ночью  – мы и не знали – выволокла себя из  воды  на песок пляжа, тяжёлая на суше, морская черепаха. С трудом добравшись до укромного местечка между нашим и соседним рестораном, огромными усилиями она вырыла задними ластами яму, отложила штук двести яиц и к рассвету смогла вернуться в океан. Морские оливковые черепахи охраняются  Красной книгой, но официальные меры не потребовались: работники по следам на песке догадались о том, что произошло ночью и чтобы у будущих черепашьих деток не было проблем… Ведь кто знает, что можно ожидать от любопытных безумных иностранцев? Простые ребята, официанты замели веником следы ночной посетительницы, а место кладки закидали колючими ветками.

Через пару месяцев черепашата благополучно вылупились из яиц.

 patnem-bich_9

На рассвете они стали выкапываться из песка  и дружно устремляться в сторону прибоя.

Ранняя пташка – Чандан  появлялся в ресторане первым. Он собирал малышей в пластиковое ведро и относил в океан, многие не смогли бы добраться самостоятельно. Их могли съесть собаки или чайки. Тридцать метров до волны слишком длинная дорога для новорожденных. Черепашки отличались друг от друга размером. Были сильные и крупные, а десяток совсем крошки.

 patnem-bich_10

Не все смогли выбраться из песка утром, некоторые не нашли правильный путь, поэтому  мне довелось найти одного черепашонка уже вечером под столиком между ногами клиентов.

 patnem-bich_11

Он был меньше спичечного коробка. Узенькая головка на тонкой шейке. Маленькие ластообразные лапки смешно торчали из панциря. Я держала его на открытой ладони. Люди вокруг фотографировали «игрушечного» детёныша на память. А я  зашла, как можно дальше в тёмную воду и бросила его в материнские волны.

Плыви, малыш, счастливого тебе пути! Пусть твоя подводная жизнь будет как можно долгой.

Следующая живая находка была не столь мила и обаятельна, хотя обладала жёсткой и своеобразной красотой. Через неделю босой официант во время работы чуть не наступил на большого скорпиона. Вечером, когда в ресторане полно посетителей! Опасного гостя удачно накрыли ведром и вся команда  решала  как  поступить… Убивать не хотели, но и выпускать его вблизи пляжа, где люди ходят босиком, было нельзя. Мне никогда не доводилось видеть живое воплощение самого сильного знака из зодиакальных созвездий и я не могла так быстро с ним распрощаться. Я сбегала на кухню и нашла прозрачный  контейнер с крышкой – мы использовали их под заготовки салатов – и уговорила ребят посадить скорпиона туда. Огромный членистоногий был с детскую ладошку размером. Две клешни угрожающе приподняты. Хвост с ядовитым крючком на конце загибался над чёрно-зелёным туловищем к голове скорпиона.

patnem-bich_12

Вот так я обзавелась «домашним питомцем» и поселила его у себя в комнате.  Служанка боялась подметать пол. «Very dangerous!», – говорила она, испуганно косясь на коробку, стоящую у меня на подоконнике. Я просверлила в пластмассе дырки, чтобы пленнику  хватало воздуха для дыханья, и каждый день приносила ему кусочки мяса и рыбы, пытаясь понять, что ему больше нравится. По ночам покрытый панцирем скорпион выстукивал  морзянку, твёрдым брюшком по дну коробки. « Вот значит как скорпионы друг с другом переговариваются. Своих зовёт!» – догадалась я.

Чандан веселился от всей души: «You are a very strange woman. You need a good boyfriend, and you have scorpion! What you doing with him at night, Lady–scorpion?»

Попытки разнообразить рацион  питания ядовитого пленника привели к тому, что мой прожорливый «питомец» объелся и просто-напросто сдох. В природных условиях у скорпионов нет возможности, не охотясь, есть круглосуточно. Механизмом защиты от пресыщения они, оказывается, не обладают. Высушить его на  память не удалось. Вездесущие в тропиках муравьи нашли мёртвого скорпиона на террасе, где я положила бедолагу на солнце. Всего за сутки муравьи, выев внутренности,  разобрали хитиновый панцирь на части и растащили разобранные конечности по углам.

Жизнь здесь текла так плавно, так размерено.

Много русских туристов становились завсегдатаями ресторана. Нашим людям мало бескрайнего пляжа, хорошей еды и выпивки, «А поговорить?» Желательно на родном языке и по душам. На ежевечерних посиделках Чандан присутствовал обязательно. Он видел, что соотечественники Варвары общаются  не так, как англичане, не говоря уже об индусах или непальцах, и хотел уяснить, в чём секрет «непостижимой русской души».

Однажды вечером в случайной компании гостей с выпивкой и перекурами затянулся разговор о смысле жизни…  Наши мужчины  вещали то о бизнесе и карьере, то о тяжком духовном пути, который плохо сочетается с принятием на грудь спиртных напитков. Дошла очередь до Чандана и, когда ему перевели вопрос, он не отводя взгляда от  Варвары тихо произнёс: «Смысл моей жизни в том, чтобы моя жена каждый день улыбалась».

patnem-bich_13

У присутствующих девушек погрустнели лица. Они укоризненно смотрели на мужей, с завистью косились на довольную Варвару. Дамы восхищённо любовались невысоким и ладным Чанданом как идеалом супруга.

Приближался конец сезона. Надо было решать как быть с собакой? Бросить преданного друга Чандан не мог, а везти его с собой в Гималаи на поезде  невозможно.

Гита, сводная сестра Чандана жила недалеко от Патнема в Агонде. Муж Гиту бросил, а  Чандан, выполняя наказ отца, поддерживал сестру и племянников материально. Гита не могла отказать  старшему брату оставить у себя Стони.

Три года Стони прожил у Гиты, охраняя дом и играя с детьми. В Агонде смелый пёс прославился как замечательный охранник и охотник: ему удалось загрызть двух чёрных клыкастых одичавших свиней, подкапывающих пальмы в саду Гиты.

patnem-bich_14

Стони был счастлив всякий раз, когда Чандану удавалось приехать в гости к сестре. Приплясывая, скакал вокруг, норовя лизнуть хозяина в нос. Он узнавал и Варвару, но проявлял радость не так бурно. Пёс старался не выпускать хозяина из виду, пытался пробраться в автобус, который через пару дней увозил Чандана и Варю на вокзал…

Через три года Стони тяжело заболел. Получив известие о болезни собаки, Чандан бросил дела и срочно приехал в надежде вылечить друга. Два дня, оплатив такси, Чандан с собакой на руках, ездил по всем ветеринарным врачам в округе, но медицинский приговор был неумолим. В последней клинике доктор предложил сделать усыпляющую инъекцию, чтобы облегчить страдания умирающей собаки. Стони заскулил и умоляюще посмотрел на Чандана, ведь умный пёс всё понял: он просил не делать укол. Чандан прочитал мольбу в тёмных глазах и отказался от укола.

Стони умер через два часа, на руках хозяина и был похоронен в саду.

P.S.  В Гоа с каждым новым зимним сезоном становится хуже и дороже. Тысячи новоприбывших русских об изменениях не ведают, и ухом не ведут, если пытаешься предупредить о проблемах. Сравнивать им не с чем. Некоторые слаще морковки ничего не жевали, а тут…

Однако Чандана не проведёшь, непальско-русская семья  успешно продолжает кормить людей вкусной и правильно приготовленной едой.

Заходите в «Пипл»! Welcome! Варвара и Чандан Вас ждут!

Updated: 19.04.2015 — 22:01

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

один × четыре =

YOGAMAYA © 2018